И, представьте себе, донецкие люди помнят об этом, хотя Евгений Ананьевич скончался 20 лет назад в Москве. Более того, они, начиная с 2015 года готовились отмечать юбилейную дату — придумывать, как почтить память человека, известного во всем мире по своей знаменитой работе «Знамя Победы над Рейхстагом». Уверен, не все знают автора снимка, но зато сама картинка возникает в голове при слове «Победа» на всем евразийском пространстве.

Можно по-всякому отмечать юбилеи великих людей. Но знаете, что придумали в Донецке?— устроили очередной донецкий рекорд. Это, в Донбассе, наверное, со времен Стаханова мода такая пошла, не знаю, но факт — к 100-летию Евгения Халдея «Почта Донбасса» выпустила уникальную марку. Марка не ординарная, а художественная, больше ее выпускать не будут.

15 марта в здании Республиканского краеведческого музея марку и «конверт первого дня» «гасили» замvинистра связи ДНР Евгений Писаренко и директор музея Денис Кузнецов.

— Тираж всего 24 тысячи, — рассказывают создатели марки Татьяна Олейник и Виктор Коряжкин, — на самом деле, это и немного. ДНР выпустила уже 65 своих марок, и были тиражи по 75 тысяч. Но эта — особенная.

— Даже не особенная, а уникальная, — утверждает один из главных «моторов» празднования халдеевского юбилея, известный донецкий фотожурналист и директор музея фотожурналистики и фототехники (кстати, тоже уникального для постсоветского пространства — авт.) Александр Витков, — до сих никто и никогда не выпускал марок, посвященных фотожурналистам, журналистам вообще. Марка с Евгением Халдеем — первый случай в мировой филателистической практике. Но наш земляк того заслуживает.

Как начиналась история гения

Евгений Халдей родился в заводском местечке Юзовка в год, когда этот 90-тысячный населенный пункт получил статус города. В годовалом возрасте он едва не погиб от рук черносотенцев, убивших его мать и тяжело ранивших годовалого Евгения. Впрочем, эта история о пареньке, смастерившем в 13 лет свой первый фотоаппарат из картонки и бабушкиных очков, наверное, все-таки известна.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Донецкий спецназ русской литературы

Менее известно, что самой первой карточкой будущей звезды советской и мировой фотожурналистики был снимок Свято-Преображенского собора, взорванного через год после этого. Юный Халдей чистил паровозные котлы в депо станции Сталино и носился по городу с купленным в рассрочку «Фотокором-1». Его заметили. Пошли публикации в центральных СМИ, а затем он и вовсе перебрался в Москву.

В 1940 году последний раз перед войной побывал в родном Сталино (ныне Донецк), повидал родной дом на Октябрьской, повидал большую родню, сфотографировались все вместе. Со снимка на нас глядят улыбчивые люди, дети, веселые девчата — сестры мастера. Никого из них ему больше не суждено будет увидеть — они погибли в числе прочих семидесяти пяти тысяч дончан, сброшенных нацистами в печально известный в городе шурф шахты 4-4.

А дальше были дороги войны. «От Мурманска до Берлина» — так назовет Халдей единственную свою книгу фотовоспоминаний. Предисловие к ней написал Константин Симонов. Писать о военных фотографиях Халдея бесполезно — их надо видеть. У выходца из Донецка был свой неповторимый стиль и умение добиваться нужного ракурса при съемке. Недаром его в числе трех советских фотокорреспондентов допустили к съемкам на Ялтинской конференции в 1945 году. Снимал Халдей и Нюрнбергский процесс, включая казнь нацистских мерзавцев.

Не станем утомлять читателя рассказом о том, как несправедливо обошлась судьба с одним из самых известных фотографов мира того времени. Автор «Поднятия флага над Иводзимой» Джо Розенталь за свое фото получил весьма крупную денежную награду и престижную премию, тоже самое другой знаменитый фотограф Второй мировой — Роберт Каппа. И только третий в этой команде лучших получил на родине почти полное забвение и возможность перебиваться работой во второстепенных журналах, за исключением разве «Огонька».

Любимец публики

Несмотря ни на что, Евгений Ананьевич был все-таки счастливым человеком. Его любили и ценили многие люди, он всю жизнь занимался самым любимым своим делом. Думаю, он отдавал себе отчет в своем высочайшем классе мастера. Остальное было не так уж и важно.

— Важно то, что это был обладатель совершенно кристально-донбасского характера. В этом крае люди не привыкли жаловаться, привыкли работать и добиваться своего трудом, — рассуждает Александр Витков, — поэтому, когда говорят, что Евгений Халдей, проживший большую часть жизни в Москве все-таки, и он не дончанин, с этим согласиться не могу. Вы посмотрите на его работы, на его характер, на его любовь к родному Донбассу! Бесконечно приезжал, а в семидесятых ему даже устроили персональную выставку в Донецком краеведческом музее. Донецк устроил и вторую чуть позже. Донецк, а вовсе не Москва. Свою Юзовку, свое Сталино, свой Донецк он любил самозабвенно, как любят родной дом, землю, где лежат все самые дорогие тебе люди.

Добавим, что мастер ценил свое творчество не рыночной ценой. Западные издательства неоднократно предлагали ему продать свой архив, американцы предлагали автору знаменитых военных снимков по 40 000 долларов за серию снимков. Он не принял ни одного предложения. Спустя годы на аукционе «Сотбис» только 15 фотографий Халдея ушли за 117 тысяч «зеленых». А сам Евгений Ананьевич скромно прожил в однокомнатной квартирке до самой кончины в возрасте 80 лет.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Донецк — город любителей фантастики и оперы

Неправильно, конечно, что в России Халдей, наверное, менее известен, чем за рубежом. Нет, знатоки фотоискусства, разумеется, знакомы с его творчеством. А вот широкие массы фотолюбителей… Тут есть пробел, который в ближайшие дни будет заполнен. В Москве выходит двуязычная (русский, english) антология фоторабот Евгения Халдея с говорящим названием «Фотограф Победы». Создавалась она в Донецке под руководством Александра Виткова, а главным консультантом проекта стала дочь Евгения Ананьевича, Анна. В книгу вошли 250 фотографий мастера, некоторые из которых довольные редки, а отдельные и вовсе публикуются впервые. Кстати, часть из них выставлена на юбилейной выставке Евгения Халдея в Донецком республиканском краеведческом музее, которая открылась одновременно с гашением той самой уникальной марки.

Донецк показал, что не забывает своих. При этом, жуткий перфекционист, печалуется немного — вот если бы успели памятник Халдею задуманный сделать, вообще славно вышло бы. И местечко подходящее есть — аккурат возле главного военного памятника края — монумента «Твоим освободителям, Донбасс!».