Утром 16 июня парламентарии приняли законопроект, который вряд ли порадует украинские радиостанции. На следующий день после драки из-за русского языка в парламенте Верховная Рада решила, что удельный вес песен на украинском языке должна составлять не менее 35% от общего времени звучания песен на радио. Тем, кто «не поет», тоже придется менять свой эфир: 60% его должно быть украиноязычным.

Хуже, чем при Ющенко

Казалось бы, при одном из предыдущих президентов Украины — Викторе Ющенко — в чем-то даже было тяжелее. Так, согласно принятой в 2007 году редакции закона «О телевидении и радиовещании» обязательная квота на отечественный продукт составила 50%.

Но был нюанс.

Во-первых, речь шла об «отечественном продукте». А значит, под квоту попадали и украинские исполнители, поющие на русском языке. При этом, многие из них были успешны и в России. От див эстрады, в лице Софии Ротару и Таисии Повалий. До молодых и амбициозных исполнителей типа Потапа и Насти Каменских, Каролины, Ивана Дорна, «5'nizza» и многих других.

Еще в Российской империи выходцев из Украины за певучесть и живость характера называли «итальянцами России». Времена изменились, но в российской музыке украинцы по-прежнему играют большую роль.

Во-вторых, никто не привязывал квоту к эфирному времени. Поэтому ушлые владельцы радиостанций наловчились ставить украинский продукт ближе к ночи, когда аудитория станций по понятным причинам уменьшалась.

Однако в новом законе все не так.

Теперь 35% украинских песен должны звучать, в том числе, и на протяжении временных промежутков с 7:00 до 14:00 и с 15:00 до 22:00. И самое главное — это песни украинские не по месту происхождения или по родине исполнителя, а по языку. Это значит, что, к примеру, популярному Ивану Дорну или Потапу и Насте Каменских придется пополнять репертуар песнями на государственном языке.

Когда еще подобные нововведения только обговаривались, даже многие украиноязычные исполнители были от них, мягко говоря, не в восторге.

«90% их украинского контента — хиты 1990-х и начала двухтысячных. То есть проблема не столько в отсутствии украинского продукта, как в том, что он устарел. У нас радиодиджеи тянут радиоконтент в прошлое — мало современного. Поэтому я бы не настаивала на 75%, 63% или 47% украинской музыки в эфире. Я бы предложила давать коридор новому контенту. Я не буду счастлива, если в трек-листе каждая пятая песня будет Степана Гиги или Софии Ротару», — отмечала солистка группы «Крихітка» Каша Сальцова еще в 2015 году, когда только обсуждались такие изменения.

Примечательно, что когда в этом году пытались ввести 75% квоту на украинские песни, сами украинские певцы выступили с жестким осуждением этой инициативы.

«Распределение украинских авторов и исполнителей на своих и чужих, на правильных и неправильных — ошибочный путь, он может стать причиной раздора внутри музыкального сообщества и в обществе в целом», — заявил фронтмен группы «Бумбокс» Андрей Хлывнюк. И это при том, что сам Хлывнюк поет преимущественно по-украински.

Высказывали свои замечания и радиоведущие.

Так, ведущая Radio Roks Соня Сотник в апреле при обсуждении проекта, из которого и вырос нынешний закон, подметила, что подобные новшества могут убить нишевые радиостанции.

«Закон не учитывает узкоформатные (нишевые) станции — танцевальные или играющие лаундж, релакс, где мало песен со словами. Инструментальная музыка не входит в эту квоту», — отмечала она.

Еще одно новшество — теперь на украинском должны не только петь, но и говорить ведущие информационных и информационно-развлекательных программ. Притом, эфир должен быть украиноязычным на 60%.

Таким экспатам на украинском радио, как Матвей Ганапольский, придется срочно улучшать свое знание украинского.

«Любое насилие — это плохо. Насильственная украинизация дискредитирует в первую очередь такой замечательный язык и культуру, как украинские. Они (авторы законопроекта — ред.) настолько мерзко это делают, что все это вызывает отторжение», — говорит в комментарии Ukraina.ru шоумен, режиссер и продюсер, имеющий опыт работы на радио, Юрий Кот.

По его словам, такая политика может в первую очередь ударить по самому украинскому языку.

Лицензированная шизофрения

Еще одно новшество касается выдачи лицензий.

Раньше Национальный совет по теле и радиовещанию руководствовался необходимостью обеспечить информационные потребности граждан, национальных вещателей, развить базу для украинского теле- и радиовещания и также защитить интересы государства.

Теперь, вдобавок к этим пунктам, появились такие, как «противодействие информационной агрессии», определения которой в законе нет и которую можно трактовать максимально широко.

Кроме того, лицензию могут выдать при условии «развития государственного языка» и в то же время при «защите прав и интересов национальных меньшинств». Очевидно, авторы законопроекта, среди которых глава парламентского комитета по свободе слова Виктория Сюмар, считают, что право на продукцию на родном языке не является правом национальных меньшинств.

Да и что такое «развитие государственного языка»? На Украине за 25 лет независимости так и не провели стандартизацию украинского языка. Если, изучая на курсах английский язык, вы получите уровень В2 и соответствующий сертификат, это ясно покажет ваш уровень владения английским. На Украине что-то подобное пытался ввести Институт украиноведения. Но так в этом и не преуспел.

«Эти «судьи» на самом деле-то толком украинского языка не знают и не владеют им. Я имею в виду прежде всего литературный язык. Это будет исковерканное канадскими диаспорными говорами жалкое подобие прекрасного украинского языка. Даже те люди, которые любили украинский язык, перестанут на нем разговаривать», — прогнозирует Кот.

Но и этого мало, еще одним условием для получения лицензии является «реализация государственной политики по изучению иностранных языков, направленной на обеспечение интеграции Украины в европейское политическое, экономическое и научно-образовательное пространство». Получается форменная шизофрения: мы увеличили квоту на обязательный украинский язык в эфире, чтобы вы изучали английский и слушали передачи на языках нацменьшинств.

И это еще не все. Одним из условий для получения лицензий является «защита лиц, оказавшихся на временно оккупированных территориях».

В апреле бывший премьер-министр Украины Николай Азаров, выступая с интервью для украинского радио «Вести», попытался осудить конфликт в Донбассе. За это Нацсовет по теле- и радиовещанию вынес «Вестям» предупреждение за «сепаратизм и разжигание межнациональной розни».

Кстати, следует отметить и тот факт, что если раньше штрафы устанавливал Нацсовет совместно с правительством, то теперь пеня стала единой и составляет 5% от стоимости лицензии.

Пока у «радиолобби» есть 4 месяца до вступления закона в силу. И то, он будет вводиться постепенно. В первый год квота составит 25%, второй — 30%, третий — полновесные — 35%. Что касается разговорного эфира, то в первые год он должен занимать половину эфира, во второй — 55%, и в третий — все 60%.

«Сдюжат» ли это отечественные радиостанции, а главное — хватит ли действительно качественного медиа контента у украиноязычных производителей — покажет время. Эксперты в этом сомневаются.

«Не наработано еще такое количество высококачественного украинского контента. Поскольку его не существует, это будет как заезженная пластинка. Или низкопробный продукт или начнут повторять хорошее качественное, которое набило оскомину… Закончится это, как всегда, трагедией», — предостерегает Кот.

Напомним, ранее Рада квотировала вещание на украинских телеканалах. 17 мая украинский парламент принял закон, согласно которому с 7 утра до 11 вечера в эфире телеканалов должно присутствовать не меньше 70% передач европейского или американского (США и Канады) производства. При этом, количество украинского контента не должно быть ниже 50%. Эта мера встретила иронию у украинских производителей медиа контента.