Историю описали эксперты Проекта по разоблачению организованной преступности и коррупции (OCCRP). Как рассказывается в их докладе, основанном на внутренней документации украинской компании «Техимпекс», покупка бронированных машин в Польше была одним из элементов масштабной схемы экспорта вооружений в Африку, а точнее, в те страны, в отношении которых действует европейское эмбарго на поставки оружия (Судан и Южный Судан).

Продавцом машин, произведенных по советской технологии, выступала Army Trade — небольшая компания из Великопольского воеводства. В 2014-2015 годах «Техимпекс», украинская фирма, занимающаяся производством, ремонтом и экспортом вооружений, заказала 59 штук БРДМ-2. Вернее, не машины целиком, а 59 полных наборов частей для них, поскольку формально закон запрещает украинцам покупать готовую боевую технику.

В документах на сделку значилось, что конечным пользователем техники будет сам «Техимпекс». Однако, как пишет OCCRP, в феврале 2016 года, спустя два месяца после получения первой партии частей для бронемашин, «Техимпекс» подписал контракт на продажу 37 БРДМ-2 (уже в собранном виде) Уганде. Попали они туда не напрямую. Посредниками в сделке выступали Объединенные Арабские Эмираты и открытая в Великобритании компания-пустышка, принадлежащая украинцам. Уганда, по всей видимости, не была конечным пунктом маршрута. Как указывают эксперты, получателем оружия, поступающего в Уганду, часто оказывается Южный Судан, где последние три года продолжается кровавая гражданская война. В отношении этой страны действует эмбарго на поставки оружия, к которому присоединилась Украина.

Темный бизнес

«Ситуация интересная. Это как раз тот тип договоров, которые можно заблокировать при помощи европейских и национальных систем надзора за экспортом», — говорит сотрудник Стокгольмского института исследования проблем мира (SIPRI) Симон Веземан (Siemon Wezeman).

Украина стала перевалочным пунктом для торговли оружием из ЕС в Африку и на Ближний Восток
© пресс-служба ВСУ

Хотя инициатором процедуры, которую OCCRP называет «отмыванием оружия», выступала Украина, вопросы возникают также по поводу польского этапа сделки. Владелец компании Army Trade Кшиштоф Юзьвик (Krzysztof Jóźwik), как он заявляет, был уверен, что конечным пользователем техники выступает Украина. Однако, по словам Веземана, договор с самого начала должен был вызвать подозрения польских государственных органов.

«На Украине, конечно, идет война, там нужны вооружения, но есть веские основания считать, что „в наследство" от СССР украинцам досталось достаточно много БРДМ-2 и запасных частей к ним, поэтому в импорте этой техники они не нуждаются. Более того, тревожным сигналом был факт, что стороной сделки выступала украинская компания, а не непосредственно армия. Хотя, справедливости ради, нужно отметить, что „Техимпекс" иногда закупает технику для украинских вооруженных сил. Это неоднозначная ситуация, но в связи с вышеперечисленными обстоятельствами польское руководство должно было проявить к ней особое внимание», — говорит эксперт.

Что предприняли польские государственные органы? Точно сказать сложно. В статье OCCRP приводится высказывание пресс-секретаря МИД, который заявил, что в 2014 и 2015 годах ведомство не выдавало лицензий на экспорт БРДМ-2 или их частей, следовательно, «сделка могла быть незаконной». Владелец Army Trade в беседе с Wirtualna Polska отметает эти обвинения. «Если бы сделка была незаконной, я бы с вами сегодня не разговаривал», — парирует Юзьвик, отказываясь, однако, распространяться об обстоятельствах заключения договора.

МИД обратился к сотрудникам OCCRP с просьбой предоставить детальную информацию о сделке, чтобы ее изучением могли заняться компетентные органы. Ведомство пока не ответило на вопрос нашего портала о том, какие шаги оно предприняло в этом направлении.

«Я уверен, что у польских спецслужб есть информация об этом деле. Сложно представить, чтобы государство ничего о нем не знало, поскольку для продажи такой техники нужны соответствующие документы. Прежде чем попасть на Украину, она проходит через две таможенные службы, — отметил в разговоре с Wirtualna Polska сотрудник спецслужб одной из стран ЕС. — В свою очередь, контрагенты в таких случаях обычно знают, что много вопросов лучше не задавать, особенно, если все ответы известны заранее».

Веземан подчеркивает, что эта сделка иллюстрирует проблему, существующую с оборотом оружия и бывшей в употреблении военной техники в странах Восточной и Центральной Европы. Это оружие продают третьим странам, а они обычно (без соответствующих документов) перепродают его дальше, чаще всего в те регионы, куда оно не должно было бы попадать. Эксперт вспоминает в этом контексте о Швеции, которая продавала излишки вооружений чешской оборонной компании Excalibur, а та в то же самое время предлагала ту же технику другим клиентам, например, в Ираке.

Украина фокусируется на запрещенных рынках

Доклад OCCRP и Amnesty International показывает, что этим механизмом часто пользуются украинские фирмы, которые покупают технику или ее части в Польше, Словакии, Болгарии, Венгрии или Румынии, а потом перепродают ее странам Ближнего Востока или Африки. Глобальным лидером экспорта вооружений на африканский континент выступает Россия, однако, на счету украинцев тоже есть немало подозрительных или незаконных сделок. Их покупателями чаще всего становятся страны Африки, в том числе Ливия и Южный Судан.

В 2008 году произошла показательная история: сомалийские пираты захватили судно, шедшее под флагом Белиза, на борту которого находились украинские гранатометы. Официально оружие предназначалось Кении, но всем было понятно, что на самом деле груз везли в Южный Судан, который в тот момент еще не был самостоятельным государством. Впрочем, этот случай не был единичным. Ранее туда отправляли танки Т-72 и системы залпового огня «Град». Однако не вся техника добралась до цели.

Судя по всему, после революции 2014 года ситуация не изменилась. Расследование, проведенное комиссией Совбеза ООН, показало, что, хотя Украина и присоединилась к европейскому эмбарго, она как минимум до 2016 года поставляла вооружения (в том числе вертолеты Ми-24) одной из сторон конфликта в Южном Судане. Эмбарго ввели в 2014 году, чтобы ограничить воюющим между собой представителям народов нуэр и динка доступ к оружию. Гражданская война в Южном Судане продолжается уже почти четыре года, она унесла жизни 300 тысяч мирных жителей. Кроме того, как писал наш портал, этот конфликт стал причиной одного из самых крупных гуманитарных кризисов в Африке.

 

Wirtualna Polska

Оскар Гужиньски

перевод ИноСМИ