149 минут экранного времени посвящено одной из самых страшных трагедий в истории Польши в XX веке — Волынской резне, операции украинских националистов по истреблению польского населения, проведенной в 1943-1944 годах на Волыни.

Согласно данным австралийского профессора Джорджа Либера (George O. Liber, Total Wars and the Making of Modern Ukraine, 1914-1954, ISBN 978-144-264-977-4), во время «польско-украинской войны», название придуманное главой Института национальной памяти Украины Владимиром Вятровичем (Владимир Вятрович, Друга польсько-українська війна. 1942-1947, ISBN 978-966-518-567-3), УПА (запрещенная в России организация — прим. ред.) убила до 100 тысяч поляков, а от рук польской Армии Крайовой и сил самообороны, в результате «слепых акций возмездия» погибло до 20 тысяч украинцев.

Смажовский переносит зрителя в волынскую деревню во время незадолго до начала Второй мировой войны, где вместе живут поляки, украинцы и евреи. Семнадцатилетняя Зося влюблена в украинского парня. Но полька по желанию родителей выходит замуж за богатого польского вдовца Мацея Скибу, предложившего за девушку восемь моргов (устаревшая единица измерения площади земли, равная приблизительно 0,56 гектара, — прим. ред.) земли и корову. Вскоре нацистская Германия нападает на Польшу, а господин Скиба отправляется на фронт, где его подразделение проигрывает немцам и отступает. В связи с безнадежной ситуацией командир распускает солдат по домам и кончает жизнь самоубийством выстрелом в висок.

Село польского пана попадает в зону советской оккупации, а Красную армию и НКВД встречает хлебом и водкой Степан Чума, украинский националист-конформист, в награду получивший должность солтыса (сельский полицейский — прим. ред.).

Вернувшийся домой Скиба узнает, что его молодая жена забеременела от украинского любовника по имени Петро. В тот же день начинаются депортации поляков. Обезумевший украинец спасает беременную Зосю и двоих детей Скибы, выкупая их у надзирателя поезда за ящик водки, который раньше украл у советских солдат. Молодая полька рожает мальчика, а Петро за кражу получает пулю в лоб от энкаведешника.

Жизнь продолжается, Гитлер бросает свои войска на Москву и в село заходят немцы, которых солтыс Степан Чума встречает водкой и плакатами «Слава Гитлеру! Слава Бандере!» Сразу же начинается геноцид евреев, в которым активное участие принимают украинские националисты.

Вермахт проигрывает битву за Сталинград и отступает все дальше на Запад, а украинские полицаи бросают службу и уходят в леса. Вскоре польские села начинают вспыхивать огнем, а их население в буквальном смысле режут при криках «Слава Украине! Героям слава! Слава нации! Смерть врагам!»

Фильм поражает своей жестокостью, но у режиссера не было другого выхода, ведь резня поляков на Волыни была кровавой и беспощадной. Стоит подчеркнуть, что Смажовский не забыл про украинцев, спасавших польских соседей от зверств УПА. Согласно данным польского Института национальной памяти, полторы тысячи украинцев спасло от резни две с половиной тысячи поляков, а около четырех сот из них было потом убито бандеровцами за свой акт милосердия и отваги (Ромуальд Недзелько, Кресова книга справедливих 1939-1945 — про українців, які рятували поляків, винищуваних ОУН (запрещенная в России организация — прим. ред.) та УПА, ISBN 978-83-7629-464-3). Среди поляков, спасенных украинскими соседями, был маленький Мирослав Гермашевский, первый и пока что единственный польский космонавт.

Режиссер не забыл показать польские ответные операции, в результате которых погибло до 20 тысяч украинцев. В итоге зритель получает объективную историю волынского ада, места, которое известный американский историк Тимоти Снайдер справедливо называет «кровавой землей».

После показа была организована встреча с польским актером Лехом Дыбликом, во время которой произошел скандал. Один из мужчин, сидящих в зале, хотел задать вопрос, но в итоге оказалось, что его целью было произнести длинную речь с обвинениями в адрес Смажовского и актеров, выступивших в фильме. Назвал их агентами ФСБ, ударившими Украину в спину, когда та воюет против «нацистской России», а вину за Волынскую резню возложил на плечи сотрудников НКВД, переодевшихся в партизан УПА.

Возможно, подобных взглядов придерживается глава МИД Украины Павел Климкин, поскольку показ «Волыни» в Киеве и дискуссия с режиссером не состоялись по его инициативе. По словам посла Украины в Польше Андрея Дещицы, решение было связано с возможными уличными протестами и негативной реакцией общественности.

Лента Смажовского была признана самым лучшим фильмом Польши в 2016 году, а Яцек Курский, глава польского государственного ТВ, вручил 100 тысяч злотых (полтора миллиона рублей) в качестве награды продюсерам «Волыни». Кто такой Яцек Курский? Человек Ярослава Качинского, лидера партии Право и Справедливость, которого невозможно обвинять в пророссийскости и антиукраинскоти.

За чьи деньги был снять этот фильм? Мои украинские коллеги подозревают, что режиссер получил финансовую поддержку от Кремля, но это всего лишь сплетни и клевета. Смажовский снимал за польские деньги, в том числе от Польского института киноискусства и польского государственного ТВ — TVP.

Остается аргумент про «удар в спину», ведь наверно это не совпадение, что фильм про Волынскую резню появился на экранах кинотеатров в то время, когда на востоке Украины «бандеровцы» воюют против «москалей». И здесь опять критики попадают пальцем в небо. Смажовский начал работать над фильмом в 2012 году, значит за год до всем известных событий на Майдане и за два года до войны в Донбассе.

Возможно действительно «Волынь» не поможет полякам полюбить Бандеру, Шухевича, ОУН (запрещенная в России организация — прим. ред.) и УПА (запрещенная в России организация — прим. ред.), зато уж точно поможет украинцам понять, за что их западные соседи так плохо относятся к героям новой Украины и почему в польском парламенте идет работа над запретом «бандеровской пропаганды» и мерами наказания за отрицание геноцида, о которым рассказывает резонансный фильм Войцеха Смажовского.

У меня нет сомнений — «Волынь» станет частью Пантеона польского кино, наравне с такими лентами как «Огнем и мечом», «Потоп» или «Катынь».


Riga.Rosvesty

Томаш Мацейчук

перевод inoСМИ