«Для меня, как для Александрийского патриарха, каноническим главой Украинской Православной Церкви является Блаженнейший митрополит Онуфрий, — заявил на днях Папа Александрийский и всей Африки Феодор II. — Я знаю, насколько он духовный человек. К сожалению, приходят какие-то люди извне и навязывают украинскому народу эти противоречия (между канонической Церковью и поддерживаемыми киевской властью псевдоправославными группировками — авт.). Как православный патриарх, я прошу верующих на Украине оставаться под омофором канонического главы Украинской Православной Церкви — митрополита Онуфрия».

Но кто же сии — «приходящие извне», о которых говорит Патриарх Престола Святого Марка, Отец Отцов, Пастырь Пастырей, Архиерей Архиереев, Тринадцатый Апостол и Судия Вселенной (один из титулов Святейшего Феодора — авт.)?

Как сообщала «Украина.Ру», слияние неканонических, но национально свидомых т.н. «Украинской автокефальной православной церкви» (УАПЦ) и т.н. «Киевского патриархата» (КП) под омофором т.н. Константинопольского патриархата («т.н.», потому что духовная власть местного патриарха даже в Стамбуле распространяется лишь на крохотный квартал Фанар, где проживает пара тысяч греков) сорвано. Жулики от религии не сторговались на счёт того, сколько кому положено квот на объединительном съезде.

Почему жулики мелкие, мы тоже поясняли: количество прихожан обеих «церквей», вместе взятых (даже если присовокупить к ним численность фанариотов) в разы уступает таковому в признанной всем православным миром Украинской Православной Церкви (УПЦ). Число «монашествующих» — на порядки.

Попытались разъяснить мы и то, почему УАПЦ, КП и им подобные конторы не признаются в христианстве церквами.

Тем не менее, некогда действительно Вселенский, а сегодня карликовый патриархат не оставляет попыток существенно нарастить свою смешную численность за счёт украинских самозванцев и раскольников. В 1990-х Фанару удалось обзавестись лишь несколькими тысячами украинских самосвятов Северной Америки и Австралии, а также девятью (!) эстонскими «священниками» из Стокгольма, чего, впрочем, хватило для образования т.н. «Эстонской православной церкви Константинопольского патриархата» на канонической территории Русской православной церкви в Эстонии.

Вот и в Малороссии, наряду с прирастанием нечистью, ставится задача вытеснения Православной церкви — единственной на сегодня опоры миллионов граждан нацистского государства, осознающих себя русскими. И единственной институции, самим своим существованием свидетельствующей об исторической общности восточнохристианских народов, которым прикормленные западными грантами идеологи пытаются сменить ориентацию.

Значит, не мытьем так катаньем духовная брань против нашей Богохранимой страны будет продолжаться.

Киевские «Вести» пишут, что по сообщению их «источника в УПЦ», Фанар оставил попытки примирить конкурирующих еретиков, окончательно убедившись в неадекватности главаря КП т.н. «патриарха Филарета», и переключился на «план Б»: «Это замораживание объединительного проекта и ставка на работу с УАПЦ. Суть в получении автокефалами канонического статуса из рук Константинопольского патриарха».

Не знаю, насколько после ухода профессионала Гужвы можно доверять «Вестям». По моим источникам, пока лишь распускаются слухи (не исключено, преднамеренно), что это не «план Константинополя», а попытка украинской власти направить Фанар хотя бы по этому пути. Впрочем, учитывая, что «Вести», как пишут, «легли под структуры Порошенко», их вброс вполне может оказаться отвлекающим манёвром от непосредственного инициатора «канонизации» ряженных свидомитов.

В любом случае, реальный застрельщик всего этого один: и т.н. Константинопольский Патриархат, и киевская власть являются неофициальными заморскими структурами Госдепа с той лишь разницей, что первый непосредственно существует на деньги американских налогоплательщиков, а для второй США является главным фактором её жизнеспособности как таковой. Не случайно ещё при первой каденции правления американского посла на Украине (при Ющенко) телеканал Порошенко вещал, что «единственной канонической церковью на территории Украины является УАПЦ».

Мы уже отмечали, что если основателем Православной церкви является сам Христос, то, скажем, для нынешней УАПЦ таковым выступил Гитлер. И надо отдать ему должное, в отличие от свидомитов — основателей первой генерации УАПЦ, рейхсминистр по делам восточных территорий Розенберг не был недоумком, поэтому осознавал необходимость придания хотя бы видимости каноничности реанимированной им структуры.

Эту «каноничность» обеспечил т.н. «Варшавский митрополит» Дионисий, якобы «даровав украинской церкви автокефалию». Для Гитлера и его украинских последователей этого «якобы», может и хватило. А вот для мирового Православия — никак.

Дело в том, что по канонам никакой митрополит не имеет права самочинно действовать вне пределов собственной канонической территории. А даже в период немецкой оккупации на территории УССР действовал Московский Патриархат.

Более того, «Польская церковь» во главе с «Митрополитом Варшавским» оставалась на то время непризнанной. Варшавская епархия самочинно откололась от Русской церкви ещё в Гражданскую, «прихватив» русскую Волынь и часть Полесья, православное население которых собственно и составляло епархию.

Вселенский карлик, правда, и здесь поспешил «даровать» «Польской церкви» «автокефалию». Но её не признали ни поместные церкви во всей их полноте, ни подавляющая часть верующих Волыни и Полесья, включая священство (в т.ч. епископов). А ведь автокефалия даруется только в случае соборной на то воли всей Церкви. Причём, Матерью-Церковью, каковой для Варшавской епархии являлась РПЦ, а не т.н. Константинопольская церковь, чей патриарх, как видим, противозаконно вторгся на чужую каноническую территорию.

Но даже липовый «томос об автокефалии», полученный от Фанара, распространял его «юрисдикцию» только на «Варшавскую митрополию», в состав которой в военные годы епархии на территории УССР уже не входили (Волынь, Полесье, Галиция большей частью вернулись в родную гавань по пакту Молотова-Риббентропа).

Тем не менее, «Варшавский митрополит» Дионисий быстренько назначил расстриженного русской Церковью Петра Сикорского (бывшего Епископа Луцкого) «Временным Администратором Православной Автокефальной Церкви на освобожденных (Гитлером, разумеется — авт.) землях Украины», а тот уже «нарукополагал» себе и Фюреру «епископат УАПЦ».

Всё бы «хорошо», да вот «незадача» («зрада», по-нынешнему) — «Митрополит Варшавский Дионисий» в 1948 г. принёс публичное покаяние за всё содеянное. И только после этого православным гражданам Польши была дарована Русской церковью законная автокефалия.

Кто-то, конечно, может морщиться: Церковь — область действия Святого Духа, исполнения Его Благодати, а вы всё о каких-то сухих канонах, канонических территориях, законности автокефалий… Безусловно, всё это вторично. Но канонические правила для того и заложены Апостолами, чтобы формально констатировать такому-то сообществу, что оно своими деяниями выводит себя из области действия Благодати, т.е. — из Церкви (а собственно, приобщение к Ней, соПричастие с Христом и есть главная цель пребывания людей в Церкви).

С другой стороны, конечно, и без канонов ясно, что не может действовать Благодать чрез «пастырей», собранных не по принципу Христовой любви (будь то к эллину или иудею), но по принципу человеконенавистничества (в нашем случае — оголтелой русофобии), услужения патологическим убийцам (гитлеровцам и бандеровцам, которым просто таки «заказывали» неотрекшихся от Русской церкви священников) и банального пронырства.

Вот зарисовка из исследования «Автокефалистские расколы на Украине и проблема их преодоления…» профессора В.И. Петрушко (кстати, лучшего игрока «Что? Где? Когда?» 1989 г.):

«В числе «епископата УАПЦ» вскоре после ее возникновения оказался Фотий Тимощук (он же Николай Автономов). Этот человек бежал из Советского Союза в Польшу в 1932 г. Здесь он выдавал себя за священника, пострадавшего от большевистских репрессий. Однако вскоре Тимощук был изобличен как агент НКВД, убивший при переходе государственной границы польского солдата.

Не признанный в священном сане митрополитом Дионисием авантюрист попал в заключение, из которого его освободили лишь вступившие в 1939 году в Галицию советские войска. Тем не менее, он был «рукоположен» во «епископа» и позднее совершал лжехиротонии, приумножая самосвятское поголовье. С его участием состоялось и несколько епископских «хиротоний».

О том, что автокефалистский раскол 1942 года встал на позиции самосвятов по вопросу о введении в церковную жизнь модернистских новшеств, свидетельствует признание новой УАПЦ «канонов» 1921 года, составленных липкивцами. Они допускали второбрачие духовенства, женатый епископат и т.д. Следствием этого было «рукоположение» автокефалистами в «епископский сан» в годы Второй мировой войны четырех женатых священников.

О верности УАПЦ 1942 года самосвятским «принципам» свидетельствует и тот факт, что лжеепископ Сергий Охотенко за критические отзывы о Липкивском и его «церкви» был лишен «сана» Поликарпом, а коллегами «архиереями» зверски избит…

Новая «церковь» получила поддержку не только со стороны германских оккупантов. Всемерное содействие ей оказывали и собратья по идеям украинского национализма бандеровцы, мельниковцы и прочие бандитские формирования. УАПЦ стала идейным вдохновителем злодеяний украинских сепаратистов, направленных в первую очередь против собственного народа.

На Волыни при помощи ОУН (Организация Украинских Националистов) автокефалистами был развязан настоящий террор против канонической Украинской Православной Церкви. По прямому указанию «вождей» был убит отказавшийся от сотрудничества с националистами митрополит Алексий (Громадский). Жертвами террора стали многие священнослужители и миряне, не пожелавшие перейти в УАПЦ. Бандеровцами был повешен епископ Владимир-Волынский Мануил (Тарнавский), перешедший после принесения покаяния из раскола в каноническую Церковь. Наступление Советской Армии привело к тому, что все «иерархи» УАПЦ бежали к началу 1944 года за пределы Украины».

А вот один из «портретов» от руководителя пресс-службы УПЦ МП Василия Анисимова:

«Викентий (он же Виктор Владимирович) Чекалин появился на церковном горизонте в 1982 г. Тогда он, приняв обет безбрачия (целибат), был рукоположен во диакона архиепископом Тульским и Белевским Германом. В следующем году он был отчислен за штат, а затем принят рабочим в только что открывшийся в Москве Свято-Данилов монастырь, но вскоре был изгнан оттуда за воровство. В этом же году вступил в брак, нарушив тем самым канонические нормы, за что Святейшим Патриархом Пименом был сначала запрещен в священнослужении, а затем извергнут из сана.

В 1983 г. объявляет себя иеромонахом Викентием, якобы получившим постриг в раскольничьей секте, именующий себя «Истинно православной церковью». Затем работал школьным учителем, но был привлечен к уголовной ответственности за развращение малолетних. Полтора года провел в местах лишения свободы, после освобождения стал работать в издательстве адвентистов седьмого дня.

В 1988 г. объявляет себя уже «епископом» Яснополянским «Истинно православной церкви»… В 1990 г. едет в США, в Джорданвилл, пытаясь заручиться поддержкой «Русской Православной Церкви Заграницей», однако умудрился в одном из храмов зарубежников утащить антиминс и литургические сосуды. Карловчане вытурили проходимца и никакого «епископства» за ним не признали. То же сделали сектанты «Истинно православной церкви» в СССР.

Однако Чекалин, как Остап Бендер, продолжает мотаться по всему Союзу, повсюду наводя тень на плетень. Умудряется даже каким-то образом быть причастным к основанию «Богородичного Центра», одной из первых тоталитарных сект, аналога нашего «Великого Белого Братства».

Весной 1990 г. его пути пересекаются с пенсионером Василием (Иоанном) Боднарчуком, запрещенным в священнослужении бывшим епископом Житомирским Русской Православной Церкви. Не мудрствуя лукаво, Чекалин вместе с Боднарчуком «за рюмкой чая» решают стать отцами-основателями национальной «церкви» на Украине и «рукоположить» для нее первого «епископа».

Найти кандидата оказалось делом непростым: надо было, чтобы он отличал хотя бы крест от полумесяца. Поэтому они обращают свой взор на брата Боднарчука Ивана. Тот имел духовное образование, служил сельским священником на Тернопольщине, имел семью, детей и ни о каком «епископстве», естественно, не помышлял. Но самозваные апостолы «обломали» Ивана, «рукоположили» его во «епископы Украинской Автокефальной Церкви» и «нарекли» в честь брата Василием.

Затем Чекалин с Боднарчуками «произвели» и второго «епископа» для УАПЦ. Им стал священник из Ивано-Франковщины Андрей Абрамчук. Андрей тоже имел духовное образование, однако у него не ладилось с семьей, и по канонам он даже и священником быть не мог. Еще большие проблемы у него были с «зеленым змием», из-за которых в последующем руководители УАПЦ не единожды пытались изгнать его из своей организации. Чекалин же на эти «детали» никакого внимания не обращал.

Впрочем, вскоре УАПЦ, которой он отдал всю свою «благодать», Чекалину разонравилась, и в конце 1990 года он уже втерся в доверие к униатскому львовскому епископу Владимиру Стернюку, с которым даже «освящал» во Львове больницу и служил литургию. Стернюк выдает ему грамоту, в которой указывает, что «Властью, данной патриархам и патриаршим наместникам Украинской Греко-Католической Церкви Его Святейшеством Папой Римским» поставляет Викентия Чекалина «Первоиерархом Российской Католической Церкви с правом поставления и приема епископов, образования епархий и со всеми остальными правами управления».

Викентий даже начал организовывать униатские общины в Латвии, Тульской области и Подмосковье. 3 февраля 1991 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II направляет письмо Римскому Папе с просьбой разъяснить, каким образом человек, лишенный священнического сана, может быть униатским епископом. Ватикан отреагировал незамедлительно: кардинал Э. Кассиди, президент папского совета, архиепископ Ф. Коласценно, папский нунций в СССР, глава УГКЦ кардинал Любачивский заявили, что аферист не является епископом и не находится в общении и подчинении Львовской митрополии УГКЦ. В августе в отставку был отправлен и Владимир Стернюк.

После этого «миссионерская» активность Чекалина резко падает. Последнее упоминание его имени в прессе связано с розыском его Интерполом. Оказывается, он умыкнул в одной семье юношу и вывез его за границу. Родители обратились в правоохранительные органы, Интерпол объявил розыск. Беглецы обнаружились в Австралии, однако выяснилось, что юноша уже совершеннолетний. Он написал родителям письмо, в котором указывал, что по всем законам он сам уже вправе выбирать, где, как и с кем жить и просил оставить его в покое.

Так что духовный отец украинской автокефалии пока пребывает на зеленом континенте, а преемники его «спасительной благодати» — на Украине. Непосредственными духовными чадами Чекалина являются: «митрополит» Тернопольский УПЦ-КП и «митрополит» Ивано-Франковский УАПЦ».

Это, как вы уже поняли — 3-я генерация УАПЦ. Что же касается первой — учреждённой не менее кровожадными, нежели бандеровцы, большевиками, то эти «благодатные» ещё в начале 1930-х (задолго до 1937-го) публично отреклись от Бога. Вот что писал ныне прославляемый на Украине «митрополит» Лыпкивский в воспоминаниях:

«Рыба, говорят, портится с головы, так стало и с УАПЦ. Первая и тяжелая рана выявилась в высшем руководящем органе… На службу ГПУ (Главное политуправление НКВД — авт.) пошли и епископы Брожневский, Тарнавський, Ширяй. А вообще весь епископат УАПЦ… покорно склонился перед требованиями ГПУ и не без оснований заслужил себе в народе имя предателей, христопродавцев…»

Такими же носителями благодати были и поздние праведники украинской «цэрквы». К примеру, «митрополит Мстыслав Скрыпнык», как племянник и бывший адъютант Петлюры в 1941 г. был приглашен немецкими властями в качестве советника для подбора из украинской националистической интеллигенции кандидатов на должности в украинской администрации. Впоследствии он был рукоположен в «епископа Переяславского».

Такой же «митрополит» Феофил Булдовский так отзывался о коллеге: «О, это страшный человек. Это бандит в епископском клобуке. Он из тех, что могут убить, удавить человека, если он станет ему препятствием… Епископ Мстислав — доверенное лицо гестапо и администратора Поликарпа Сикорского… В келейном разговоре с Мстиславом я с какой-то боязнью спросил его об унии с Римско-католической Церковью. А он мне отвечает: «Уния? А почему бы и нет? Разве те, кто пошли на унию с Римом, что-либо потеряли? Пусть с чертом, лишь бы не с Москвой. Но об этом еще рано говорить».

Такое, вот православие ревностное.

«К 1950 году Скрипник в своей канадской епархии окончательно проворовался, — вновь возвращаемся к исследованию Петрушко. — Его афера со сбором средств на монашеский скит, которые в итоге пошли на строительство коттеджа для «епископа» и его семьи, окончательно подорвала авторитет Мстислава среди украинцев Канады. Ему пришлось перебраться в США, где он вскоре стал преемником почившего Теодоровича. Канадские автокефалисты пригласили к себе в качестве своего первоиерарха епископа Иллариона Огиенко (тот ещё моральный урод — авт.). Он был рукоположен митрополитом Дионисием также в годы Второй мировой войны, но не для оккупированной немцами Украины, а для т.н. генерал-губернаторства, то есть части Польши, вошедшей в состав Рейха».

И последний штрих. Филарет уже после лишения сана совершил «хиротонии», которые от него приняли почти все архиереи прежней УАПЦ. Это была уже третья (!) серия хиротоний раскольничьих «иерархов» в недолгой истории УАПЦ. Это, как замечает Петрушко, «с очевидностью подтверждает, что сами они вполне сознают свою каноническую ущербность, которая едва ли уменьшилась после филаретовского «перерукоположения».

Конечно, и канонические хиротонии (возведение в епископский сан) не страхуют от душевного загнивания, что мы видим на примере таких горе-иерархов УПЦ, как Драбинко, и пара-тройка ему подобных экземпляров. Но в канонической церкви они ненавидимы, и рано или поздно изгоняемы из епископата (а то и отлучаемы от Церкви, как, например Филарет). В безблагодатных же сообществах из дегенератов лепят праведников.

И тут сам собой возникает вопрос: а может ли оставаться Христовой Константинопольская изначально церковь, вот уж век разрушающая Православие (Флорентийскую измену оставим в стороне — за неё Константинополь вроде как покаялся)? Согласен, вопрос риторический. Формализуем его, обратясь к канонам.

В 1920-х Фанар вступил в молитвенное общение с раскольниками из т.н. «Польской церкви» и российскими обновленцами, а в 1990-х даже принял в свой состав самосвятов из УАПЦ и т.н. «Эстонской церкви». Канонов, предписывающих запрещать в служении, а то и предавать анафеме только помолившихся с таковыми — с десяток (10-12-е правила святых апостолов, 32-е, 45-е, 46-е правила св. апостолов, прав. 5 I Вселенского Собора, прав. 4 и 6 Антиохийского собора, прав. 9 Карфагенского собора и др.). Но используя «бритву Оккама» обратимся лишь к правилу 46 святых апостолов (апостолов, Карл Варфоломей!): «Епископа, или пресвитера, приявших крещение или жертву еретиков, извергати повелеваем».

То есть, епископа (каковым является и патриарх), принимающего в евхаристическое общение (возможность совместного служения литургии) еретика, апостолы повелевают запрещать в служении. Ибо «какое может быть согласие между Христом и велиаром (сатаной) и какое соучастие верного с неверным», вдобавок приводят те же апостолы слова своего Первоверховного (2 Кор. 6:15).

Но «где нет епископа, там нет Церкви» (апостольский отец Игнатий Богоносец, I в. н.э.).

Безусловно, творящий беззакония патриарх Варфоломей — не единственный епископ в т.н. Константинопольской церкви. Но, в XV веке, когда она почти целиком уходила в унию, всё же нашёлся один — Митрополит Эфесский Марк, который обличил «коллег», а верующих предостерёг: «Братие, бегите от них и от общения с ними; ибо они — лжеапостолы, делатели нечестивые». И когда папе Римскому торжественно представили акт унии, он, увидев, что подписи Марка Эфесского нет, сокрушённо воскликнул: «Итак, мы ничего не сделали!»

Сегодня же ни один епископ т.н. Вселенского патриархата не обличил своего патриарха (а некоторые, наоборот, «святее папы константинопольского» в согласии с велиаром), ни одна епархия не отказалась от «евхаристического» соучастия с неверными.

Отчего же Москва не возвращается к прекращению евхаристического общения с Константинополем, как то было после Флорентийской унии или по учреждению «Эстонской церкви»? Наверное, потому же, почему, долго заправляет и на светском театре действий в «украинском вопросе». Идёт игра нервов, и сорвавшийся потеряет всё.

А спешить надо Вашингтону, в том числе и по церковной части. Как мы уже писали, заполучить «каноническую украинскую церковь» госдеповскому патриархату требуется как можно скорее — пока окончательно не исчезла с политической карты сама Украина. Ведь вместе с ней сгинут все эти «національні церкви», существующие исключительно за счёт государственной поддержки. А так можно будет хотя бы в шулерском рукаве иметь некую «Украинскую церковь в изгнании» — на случай возможного реванша в извечной борьбе за Малороссию.

И всё же скрытые меседжи мировому православию посылаются. Устами тех, кого принято считать неофициальными спикерами тех или иных групп в руководстве Московской патриархии.

«Не пора ли нам перейти к активной разъяснительной работе с Греческими Церквами, с их духовенством и народом, оказав им братскую помощь в избавлении от пытающейся поглотить Православие на Востоке новой папистской ереси?», — «терзается сомнениями» протоиерей Андрей Новиков, член рабочей группы по выработке отношения Московского Патриархата к первенству в Церкви.

«Вселенский Патриархат в своем составе имеет безблагодатных клириков, что может заставить по-новому взглянуть на вопрос о принципах взаимоотношений Московского Патриархата и других Поместных Церквей с Константинопольской церковью», — «задумывается» шеф-редактор Интернет-портала «Седмица. Ru» при Церковно-научном центре «Православная Энциклопедия» Владислав Петрушко.

В конце концов, с чего бы терять актуальность прозрачным намёкам патриарха Кирилла (тогда ещё митрополита — главы ОВЦС МП), по поводу «легализации» Фанаром «Эстонкой церкви Константинопольского патриархата».

«Каждый год в адрес Московского Патриархата поступают просьбы от клириков, в том числе и Константинопольской церкви… принять их в нашу юрисдикцию. И эти прошения не рассматриваются именно в силу канонов, которыми управляется Церковь и которые категорически запрещают одному епископу вмешиваться в дела другого епископа (но, как мы понимаем, если каноничность фанарского епископа будет поставлена под сомнение, этим просьбам вполне может быть дан ход, и тогда станет в самую пору запасаться попкорном — авт.).

Можно себе представить гипотетически такую картину: десятки тысяч русских, осевших сегодня в Стамбуле, обратятся к Русской Церкви с просьбой организовать епархию на территории Турции. Ну, а представьте себе, если турецкое правительство выразит согласие с этим пожеланием русских (а в том, что выразит — нет сомнений, ибо к т.н. Константинопольскому патриархату и так питает нескрываемую неприязнь как к нежелательной иностранной религиозной организации на территории Турции — авт.).

Будет ли правомочен Московский Патриархат, ссылаясь на просьбу своих верующих людей, «не оставляя их в беде», как об этом говорит Константинопольский Патриарх в отношении эстонцев, пойти на такой шаг?»

В общем, у славного (по совокупности веков и деяний) Константинопольского патриархата есть все шансы найти свой бесславный конец в Малороссии. А не хотелось бы. Уж очень много дал нам Отцов Церкви Вселенский патриархат, что бы гибнуть из-за вырожденцев последнего времени.